lot1959 (lot1959) wrote,
lot1959
lot1959

Categories:

«Он просто в себя случайно пальнул» (1)

Попалась мне на глаза вот эта передача:

Переводчик с английского на русский-матерный Дмитрий Пучков (Гоблин)
и "заслуженный специалист"
по средневековому вооружению Клим Жуков подвергли унизительной
критике фильм «Нулевая мировая».
Сразу хочу оговориться — фильм достоин критики, ещё как достоин.
Только какой?

Ну а что бы зрители не сомневались в правильности суждений авторитетных специалистов на стол были выставлены 2 поросёнка и всё обсуждение сопровождалось повизгиванием, похрюкиванием, театральными жестами, ужимками и не менее театральной интонацией, а так же примерами из богатого жизненного опыта т. Пучкова Д.Ю.
Может это на кого-то и действует...
Я всю передачу смотреть не стал, время дорого, а сразу переключился на тему более-менее мне знакомую, благо создатели передачи дали ссылку на хронометраж.
44:36 – Боевые действия на Тихом океане.
Не упущена ещё такая опция как текст, привожу целиком отрывок посвящённый боевым действиям на Тихом океане:

«Про оборону Петропавловска то, что нам рассказывали в кино, это даже стыдом не называть. Потому, что оборона Петропавловска и так была героической. Маневры нашей эскадры, очень маленькой, которая даже примерно не могла составить экспедиционному англо-французскому корпусу никакой конкуренции, это отдельная история. Потому, что английский адмирал думал, что Сахалин, это полуостров. Поэтому он ждал нашу эскадру с одной стороны. А мы, зная, что это остров, объехали с другой стороны, и не встретились с англичанами. Вот такая загогулина. 

Д.Ю. Неплохо. 

Клим Жуков. Вся Европа потешалась. Потому, что газетам это очень понравилось, и они это тут же опубликовали. И не нужно придумывать каких-то историй про оборону Петропавловска, она и так хорошая. Когда вы придумываете что-то, вы ее только “помоите”, оборону Петропавловска, откровенно говоря. В частности, рассказывается, что адмирал Прайс английский... Причем, когда говорят “адмирал”, подразумевается полный адмирал, это специальное воинское звание. Бывает контр-адмирал, вице-адмирал, адмирал. Если вы говорите “адмирал”, это конкретное воинское звание. Якобы Прайс догнал наш флот, доехал до Петропавловска и обнаружил, что Петропавловск гораздо сильнее укреплен, чем он ожидал. После чего, что он сделал в кино? Застрелился с горя. 

Д.Ю. Серьезный поступок. 

Клим Жуков. Да, Прайс в самом деле погиб. И в самом деле от собственной пули. Но он просто заряжал или чистил пистолет и случайно в себя пальнул. Еще ничего не успело начаться, он просто в себя случайно пальнул. А командовал эскадрой контр-адмирал Генри Уильям Брюс. Я понимаю, Брюс, Прайс, похожие какие-то слова. Да, когда рассказывают, что Прайс застрелился, крупным планом показывают кремниевый пистолет вместо капсюльного. В это время он бы уже пользовался капсюльным пистолетом. 

Д.Ю. Как-то раз сижу в дежурной части, принимаю пленных. Вдруг из кабинета начальника доносится выстрел. Я прибежал во главе смены: “Мы уж думали, что ты застрелился”. Человек опытный, между прочим, умеет обращаться с оружием, все дергал, а оно взяло и стрельнуло. Я всегда с удовольствием слушаю людей про короткоствол, как они вопросы решать будут. Вот так. 

Клим Жуков. Да. Тоже, между прочим, человек был опытный. И это, между прочим, не унитарный патрон, из него еще умудриться выстрелить надо. Однако умудрился. Ну, и на этом собственно заканчивается целая вторая серия.»


Вот этот отрывок я и попытаюсь разобрать, правда начну с «поступка» контр-адмирала Дэвида Пауэлла Прайса (rear-admiral David Powell Price), т.к. события «вокруг» Сахалина произошли годом позже в 1855-ом.
Итак, Прайс, на переходе к Петропавловску, нечаянно стреляется во время заряжания, или чистки пистолета.
Я себе слабо представляю адмирала который находясь на корабле зачем-то заряжает, или чистит(!) пистолет. Ну да ладно, чего только не бывает:)))
Напомню немного суть дела.
Получив известие о начале войны с Россией, союзная эскадра состоящая из английских: HMS “President”, HMS “Pique”, HMS “Virago” и французских кораблей: “La Forte”, “Eurydice”, “Obligado” под общим командованием контр-адмирала Прайса Д.П. 17 (29) августа вошла в Авачинскую губу. Французскими кораблями командовал контр-адмирал Огюст Феврие-Депуант (contre-amiral August Febvrier-Despointes)

Контр-адмирала Прайс Д.П.


Контр-адмирал Огюст Феврие-Депуант


Союзная эскадра входит в Авачинскую губу:



И в этот же день колёсный шлюп «Вираго» провёл разведку Петропавловского порта.

Слово очевидцам:
«Мы приняли на борт обоих адмиралов, капитанов всех кораблей и пошли на разведку.»
The Reminiscences of William Petty Ashcroft, partsVI-VIII.
The Naval Review Vol. LIII No. 1 – 3, 1965.
Воспоминания Уильяма Петти Ашкрофта (фрагмент)
Перевод Калмыкова П.Л.


“Вечером английский адмирал и капитаны собрались у адмирала Депуанта чтобы ознакомиться с планом атаки на следующий день. План утвержден.”
RELATION CHIRURGICALE DE L’ATTAQUE DE PÉTROPAULOWSKY AU KAMSTCHATKA PAR L'ESCADRE ANGLO-FRANÇAISE DES MERS du sud en 1854; Par M. le docteur Henry Guérault.
Séance du 4 février 1859.
ХИРУРГИЧЕСКИЙ ОТЧЕТ ОБ АТАКЕ ПЕТРОПАВЛОВСКА-КАМЧАТСКОГО АНГЛО - ФРАНЦУЗСКОЙ ЭСКАДРОЙ ЮЖНЫХ МОРЕЙ в 1854 году; Доктор Анри Геро.
Заседание 4 февраля 1859.
Перевод Калмыкова П.Л.


18 (30) августа 1854 г.
«На следующее утро спозаранок, когда всё было готово к бою, наш адмирал отправился на «La Forte» переговорить напоследок с французским адмиралом относительно плана атаки. Он вернулся на борт в весьма приподнятом настроении и, после исследования батарей через свою подзорную трубу, спустился вниз. Я был на одной из коечных сеток, распоряжаясь, чтобы такелаж получше убрали от стволов моих «бульдогов» (поскольку это была моя четверть). [Четверть (quarter) – здесь: подразделение из нескольких пушек; и приписанная к ним обслуга. Палмерова четверть, как видно из текста, находилась на открытой палубе, на квартердеке. – П.К.] Я услышал внизу что-то похожее на хлопок капсюля, словно кто-то проверяет свое оружие перед применением.[Более точно: проверяет чистоту бранд-трубки ружья или пистолета.] В следующий миг наверх выскочил командир и сказал: «Адмирал застрелился, ради Бога, сохраните в тайне от людей, если можете». Но это было бесполезно – переборок не было, и вскоре у штульцев собралась толпа. [Штульцы (quarter-gallery) – отхожее место адмирала, маленькая кабинка, вынесенная за корпус корабля. Когда палубы очищены к бою, это единственное место, где можно уединиться.] Он застрелился из одного из своих собственных пистолетов.»
Extracts the letters and log of my grandfather, admiral George Palmer.
Выдержки из писем и дневника моего деда, адмирала Джорджа Палмера.
Перевод Цюрупы А.И., Завражного Ю.Ю., Калмыкова П.Л.


"В час дня, когда был отдан приказ поднять якорь, я заметил адмиралу свою надежду в том, что мне сегодня будет нечего делать. Он ответил: "Не думаю, мистер Хьюм", и затем быстро добавил: "Не только воздать благодарение после победы". Я тогда пошел к себе в каюту, и уже заканчивал письмо к Вам, мысленно прощаясь в случае, если что-нибудь со мной случится, когда услышал, что меня громко зовут по имени; я выскочил узнать, что там случилось - сказали, чтобы я поторопился сразу на главную палубу, поскольку, кажется, адмирал застрелился и громко зовет меня.
Это оказалось более чем правдой. Несчастный человек, после того, как я оставил его, спустился в небольшую бортовую каюту, где были его пистолеты, и, приставив один из них к левой части груди, попытался прострелить себе сердце. Пуля, однако, отклонилась и вошла в легкое, причинив смертельное ранение, но не такое, чтобы смерть наступила мгновенно. Он был в совершенном сознании и выкрикнул, как только увидел меня: "О, мистер Хьюм, я совершил страшное преступление. Бог да простит ли меня?"
Я постарался направлять его мысли ко всемогущему Божьему милосердию, читал ему молитвы и молился с ним до самой его смерти, которая наступила в пять часов того же вечера."

An eye-witness at Petropaulovski, 1854.
By Michael Lewis (Mariner's Mirror, vol. 49, 1963.)
Смерть адмирала Прайса – рассказ капеллана Хоулма.
Перевод Завражного Ю.Ю.


"30-е. Когда наступило утро, с французским адмиралом было согласовано, что необходимо взять треугольник, который составляют форты, когда дурацкая задержка заняла большую часть утра, и атака, соответственно, была отложена на после полудня. В час пополудни "Virago" взяла всех нас на буксир ("Pique" по левому борту, "La Forte" по правому и "President" по корме), чтобы поставить каждый корабль напротив своей батареи, которую предстоит сбить, и тут, к ужасу и испугу каждого, был дан приказ немедленно встать на якорь в связи с вестью, что английский адмирал Прайс застрелен; сообщалось, что его пистолет случайно выстрелил и поразил его в левый бок, но это было не так - правда прояснилась позже: он прострелил себе сердце. Все плавание он выказывал очевидную слабость, позволяя каждому доводить его до колебаний по любому поводу; соответственно, когда пришло время показать себя в самом лучшем и чистом свете, его нервная система дала сбой под грузом ответственности всего дела, что повергло эскадру в состояние, в какое не повергал ни один адмирал за всю историю английского Военного Флота."
Журнал корабля Её Величества "Pique”, 40 пушек.
Кэптен Сэр Фредерик Уильям Эрскин Николсон, баронет,
с 23 января 1854 г. в Девонпорте по 16 ноября 1854 г. в Сан-Франциско
Александр Вернор Макколл, помощник писаря.
Перевод Завражного Ю.Ю.



"Когда мы подошли к флагману, адмирал приказал нам действовать по плану, принятому прошлым вечером, а именно: взять President в буксировку кормой, Pique - правым бортом, и французский флагман [чем останется] и доставить к порту. И вот, когда мы брали President на буксир, а Pique - правым бортом, нам крикнули с флагмана отдать якорь. Капитан Pique, сэр Фредерик Николсон, приказал, чтобы наш капитан отцепил President [раз уж они так просят], а потом заявил: 'Никакой адмирал меня не остановит; я шел из Англии, чтобы биться с русским фрегатом. Поехали дальше!' Мы отцепили President, и наш капитан скомандовал было ‘полный вперед’ с Pique "под ручку", когда с флагмана подошел бот. Оказывается, адмирала нашли застреленным из собственного пистолета на квартердеке в WC. "
The Reminiscences of William Petty Ashcroft, partsVI-VIII.
The Naval Review Vol. LIII No. 1 – 3, 1965.
Воспоминания Уильяма Петти Ашкрофта (фрагмент)
Перевод Завражного Ю.Ю, Калмыкова П.Л.


"30 августа утром было принято распоряжение приблизиться к батареям и атаковать их. К полудню все корабли были в боевой готовности. Pique привязали к Virago справа, Forte слева, Président пристроился позади парохода, который должен был отбуксировать три фрегата на их огневые позиции. Внезапно, средь торжественного молчания, царившего на кораблях, послышался выстрел. Через несколько минут последовал отбой всем приготовлениям: английский адмирал только что выстрелил из пистолета себе в область сердца.
В момент слабости, как он это заявил сам, неожиданная сила порта и страх неудачи, всегда строго осуждаемой в Англии, потрясла душу этого человека, хотя и весьма закаленного, и привела его к гибельному решению о самоубийстве, беспримерном под огнем врага. Таково было объяснение, которое он по собственному побуждению дал несколько минут спустя, будучи перенесен на свою постель, вокруг которой напрасно суетились хирурги."

RELATION CHIRURGICALE DE L’ATTAQUE DE PÉTROPAULOWSKY AU KAMSTCHATKA PAR L'ESCADRE ANGLO-FRANÇAISE DES MERS du sud en 1854; Par M. le docteur Henry Guérault.
Séance du 4 février 1859.
ХИРУРГИЧЕСКИЙ ОТЧЕТ ОБ АТАКЕ ПЕТРОПАВЛОВСКА-КАМЧАТСКОГО АНГЛО - ФРАНЦУЗСКОЙ ЭСКАДРОЙ ЮЖНЫХ МОРЕЙ в 1854 году; Доктор Анри Геро.
Заседание 4 февраля 1859.
Перевод Калмыкова П.Л.


"...случилось ужасное несчастье, кое на некоторое время привело в смятение всю эскадру — наш любимый старый адмирал Прайс пал, смертельно раненный, грустно сказать, пистолетной пулей, выпушенной его собственной рукой. Он был на палубе с самого утра, с шести, и даже забирался на самый топ грот-мачты фрегата «President», чтобы получше разглядеть неприятельские позиции — до полудня он нанес визит французскому адмиралу и вернулся на свой корабль весьма бодрым. Мы все уже были готовы начинать дело, как адмирал спустился вниз и прошел в корму. И в эту минуту все на борту фрегата «President» услыхали пистолетный выстрел, а вскоре стало известно, что бедный старый адмирал застрелился. Это было примерно в пол-одиннадцатого утра. Немедленно возле него были офицеры-медики, и как только бедный старый джентльмен оправился от шока, причиненного раной, он успокоился и овладел собой — куда больше, чем все, кто был около него; он различал всех, обступивших его, и с теплотой говорил о своих офицерах и матросах".
The Illustrated London News, The Attack on Petropaulovski.16 декабря 1854 г.
Извлечение из письма, полученного от офицера одного из Кораблей Её Величества, участвовавших в атаке русского поселения Петропавловск-на-Камчатке.
Перевод Завражного Ю.Ю.


"...в одиннадцать часов, адмирал Прайс прибыл на борт "Форты" сообщить о своем намерении начинать сражение не медля более. На мачтах поднялись сигнальные флаги, "Пик" подошел и закрепился к пароходу справа; уже буксирные концы были переданы на "Форту", когда внезапно всякие приготовления были прекращены; на французский фрегат гребет английская лодка с капитаном "Пика", и тут же адмирал Депуант спешит на "Президент". Английский адмирал только что выстрелил из пистолета себе в сердце...
Однако, оставаясь до последней секунды начальником, всегда ровный и приветливый со всеми, он сумел скрыть от взоров, до какой степени его снедало беспокойство, и все с той же обычной сердечностью он сообщил на борту "Форты" свое решение незамедлительно начать атаку, он простился с адмиралом Депуантом, назначив французским офицерам встречу вечером. Его роковое решение - сложилось ли оно уже тогда в его душе? Очевидно нет, и если истинная правда в том, что он поддался фатальному порыву, то мы, по крайней мере, должны снять с его памяти грех преднамеренного самоубийства, которого не могло бы попустить его глубокая религиозность.
Адмирал Прайс причинил себе, так сказать, смерть в присутствии своего экипажа. Прогулявшись по палубе с капитаном своего корабля Барриджем и поговорив с ним о принятых к бою диспозициях, он спустился в свою каюту - не отгороженную в тот момент от батареи, поскольку переборки перед сражением были убраны; затем, открыв шкаф, он вытащил свои пистолеты, зарядил их, приставил один к сердцу, выстрелил, и упал [буквально: "осел]. Несмотря на хлопоты вокруг него, он умер немного часов спустя, сохранив сознание почти до последней секунды."

Dans L'Ocean Pacifique l'expedition de Petropavlosk. Ed. du Hailly.
Revue des deux mondes, vol. 17., 1858, p. 169;
Экспедиция англо-французов в Петропавловск. Часть 1.
Перевод Калмыкова П.Л.


«Среда. 30-е. Эскадра на якоре около 2 ½ миль от города. В открытом море заметили парус, поэтому «Virago» вышла из бухты, выяснить, что это. Когда мы выходили, минуя маяк, батарея по нам выстрелила. «Virago» послала ответный снаряд. Не обнаружив в море паруса, «Virago» повернула к эскадре и снова обменялась выстрелами с маячной батареей. В полдень «Virago» подошла к левому борту “Pique”, имея “President” на буксире за кормой, и уже готовилась взять левым бортом французский флагман “Forte”. Неожиданно был дан сигнал отдать якорь: оказалось, адмирал застрелился. Атака отложена. Меня сигналом вызвали на “President”. Я узнал, что адмирал застрелился из пистолета, пуля вошла в область сердца – адмирал был в сознании, но я чувствовал, что рана смертельна. Он умер через час после того, как я покинул его в 5 часов пополудни. «Virago» оставалась всю ночь принайтованной лагом к «Pique».»
No RCIA 259655. Administrative history/bijgraphical sketch:
Henry Trevan came from a Cornish medical family and was educated at St. Bartholomew's Hospital in London; he received his M.R.C.S. in 1836 and L.R.C.P. London in 1844. Trevan was appointed surgeon in the Royal Navy on 30 March 1846. He served on the Favourite off the coast of Africa from May 1846 to 1849, and on 13 August 1851 was appointed to the Virago on the Pacific station. He later served in the Mediterranean on the Miranda (1855-1857), on the Calcutta (1857), in the Mediterranean on the Exmouth (from 1859), and on coastguard service from Kingston on the Royal George (from April 1864). Trevan was promoted to Staff Surgeon on 2 October 1861; after his retirement ca. 1870, he served as a J.P. in Cornwall. He died in Padstow, Cornwall on 18 July 1880.
Перевод Калмыкова П.Л.


«Атака была назначена на следующее утро; но вечером к борту «La Forte» подошел катер с «President’а» – сообщить, что адмирал Прайс только что нанес себе смертельную рану из пистолета. Адмирал Депуант в сопровождении своего адъютанта, тут же поспешил на «President», где умирающий только и смог сказать ему: «Я только что совершил великое преступление», – откровенные слова, которые опровергают слухи о несчастном случае, которые мы пытались распространить.
Каков был мотив этого самоубийства? мы не знаем. Адмирал, как говорят, покидая Сандвичевы острова, «сверкал мечом» (т.е. клятвенно обещал победу) и заранее объявил правительству, что Петропавловск будет взят. Возможно, теперь, рассмотрев город, он пришел к убеждению, что не сможет сдержать обещание, и поддался порыву своего сангвинического темперамента? Это предположение наиболее популярно.»

Жозеф Эжен Сувиль.
Mes souvenirs maritimes, 1837-1863 par Joseph Eugène Souville. P., 1914.
Перевод Калмыкова П.Л.


Это говорят очевидцы, а может британские историки выяснили истинные причины смерти адмирала?
Слово им:
“Firstly, Price was deeply unsuited for the task. Although experiences he had already caused several delays and let opportunities to attack Russian shipping slip by, as well as failing to impose his authority on the dual nationality fleet - admittedly a difficult task. On the day after arrival he shot himself."
The Crimean War in the Pacific: British Strategy and Naval Operations by Barry M. Gough. Military Affairs, 37, No. 4 (Dec., 1973), pp. 130-136.
http://nelsonlambert.blogspot.ru/2011/05/petropavlovsk-1854-how-not-to-conduct.html

"В одиннадцать часов он составил компанию своим офицерам на ленч. Позавтракав, он удалился в свою каюту, записал несколько строк в своем дневнике и в 12.15 застрелился. Адмирал Де Пуант на "La Forte" был тут же уведомлен и послал на "President" своего хирурга, но напрасно. Прайс цеплялся за жизнь до 16.50.”
Джон Дж. Стефан Крымская война на Дальнем Востоке (извлечение)
Перевод Завражного Ю.Ю.

http://www.e-reading.club/chapter.php/111235/91/Zavrazhnyii_-_Zabyt%27_admirala%21.html

"Одним из первых свидетелей был преподобный Томас Хьюм. Позднее он описал события в письме домой: "...(он) спустился в маленькую бортовую каюту, где были его пистолеты, приставил один из них к груди и попытался прострелить себе сердце. Пуля, однако, немного отклонилась и прошла в легкое, причинив смертельную рану, но не такую, чтобы вызвала немедленную смерть. Он был постоянно в сознании, и как только завидел меня, воскликнул: "О, мистер Хьюм, я совершил страшное преступление. Простит ли меня Бог?..""
Простит ли меня бог? Англо-французское нападение на Петропавловск, 1854 год Род Робинсон
Перевод Завражного Ю.Ю.

http://www.e-reading.club/chapter.php/111235/92/Zavrazhnyii_-_Zabyt%27_admirala%21.html

"...он был уже разрушен ментально и нравственно - если не "физически" - прежде, чем возглавил Тихоокеанскую эскадру, и потому был совершенно не способен адаптироваться ни к новым условиям войны, ни к незнакомому ему доселе бремени более высокой ответственности.
Все же, после всего сказанного имеется кое-что большее, чем принятие "странности" относительно британского адмирала и всех людей на земле, делающих что-то столь чуждое их традициям. Мне это представляется уникальным случаем в истории Королевского Военно-морского флота, если не военно-морского флота вообще."

The Mariner's Mirror, номер 49, ноябрь 1963 г.
Свидетель в Петропавловске, 1854 год Майкл Льюис, профессор
Перевод Завражного Ю.Ю.

https://www.e-reading.club/chapter.php/111235/90/Zavrazhnyii_-_Zabyt%27_admirala%21.html

Ну и замыкает список капитальный труд:
John D. Grainger The first Pacific War: Britain and Russia, 1854-1856
Boydell Press, 2008 ISBN 1843833549, 9781843833543

“He and Despointes discussed the matter. Neither wrote down what they intended at that meeting, but the plan was obvious, and was put into effect later. The batteries around the outer harbour were to be bombarded into silence, and then the Allies were to enter the inner harbour to attack the ships, or perhaps to bombard them into ruin from the outer harbour. This discussion took place on the morning of the 30th. At 1 p.m.. Admiral Price, in his cabin on President, shot himself.He used a pistol, and aimed at his heart. He was not pronounced dead until some time later, at 4.30 p.m. Suicide is the only possible verdict, for this was a man familiar with weapons, and he would not have been careless with them. This was not a verdict to the liking of the Royal Navy, and various alternative theories were floated, but suicide is the only one which is convincing. The only close evidence is that of the chaplain of President, the Rev. Thomas Holme, who wrote to his wife about it. He went to the Admiral’s cabin directly after he was shot, and Price said, ‘Oh, Mr Holme, I have committed a fearful crime. Will God forgive me?’ He had aimed at his heart, but had in fact taken the bullet in his lungs. Holme describes a truly morbid scene, with Price lamenting his crime, Holme reading and praying to him, and various officers, including Febvrier-Despointes, popping in to see how he was getting on. The reason for his action is a more difficult thing to decide, and since he apparently left no explanation, we are in the dark. He had finished writing his official journal not long beforehand, and it gives no hint that he was other than normal in his state of mind. Holme says he was much affected by the death of a seaman in a fall a few days earlier, and they had then thought much of death and judgment’. This was not the best mood for a man about to lead his men into battle. Holme says that Price ‘could not bear the thought of taking so many noble and gallant fellows into action ... whom some fault of his might bring to destruction’. Holme, in short, believed that Price had lost his nerve.”

Перевод Калмыкова П.Л.:
«Он и Депуант обсудили дело. Ни один не записал, что они там надумали, но план очевиден из того, как он потом осуществлялся. Бомбардировать батареи вокруг внешней гавани, пока не замолчат, затем войти во внутреннюю гавань, чтобы атаковать суда, или, вариант, расстрелять их из внешней гавани до состояния руин. Совещание имело место 30 августа утром. А в час дня адмирал Прайс застрелился в своей каюте на Президенте. Он выстрелил из пистолета, целя себе в сердце. О смерти объявили в 4.30 пополудни. Самоубийство – единственное, чем это могло быть, поскольку совершено человеком опытным в обращении с оружием. Этот вывод не вызвал восторга в Королевском флоте, в ход пошли различные альтернативные версии, но самоубийство – единственно убедительная. Есть лишь одно близкое свидетельство – капеллана фрегата Президент, преподобного Томаса Хоулма, который написал своей жене об случившемся. Он вошел в каюту адмирала сразу после выстрела, и Прайс сказал: ‘О, мистер Хоулм, я совершил страшное преступление. Простит ли мне Бог?’ Он метился себе в сердце, но фактически получил пулю в легкое. Хоулм описывает воистину душераздирающую сцену, как Прайс сокрушался о своем преступлении, Хоулм читал над ним молитвы, а те и другие офицеры, в том числе Феврие-Депуант, входили посмотреть, как он там. Причина его поступка – загадка трудноразрешимая, и поскольку сам он объяснений не оставил, мы остаемся в потемках. Он сделал запись в свой официальный дневник незадолго перед тем, и там нет и намека на какую-то ненормальность рассудка. Хоулм говорит, что несколькими днями ранее Прайс был очень расстроен смертью упавшего моряка, и тогда они много думали о смерти и Божьем суде. Это не лучший настрой для человека, которому предстоит вести людей в бой. Хоулм говорит, что Прайс ‘не мог вынести мысль о том, что бросает в авантюру столь многих благородных и смелых парней..., которых любая его ошибка может погубить’. Короче говоря, Хоулм полагал, что Прайс утратил силу духа.»


Выходит, что «доехал до Петропавловска и обнаружил, что Петропавловск гораздо сильнее укреплен, чем он ожидал. После чего, что он сделал в кино? Застрелился с горя.»?  Совершенно верно.
К чему надо было "разоблачать" совершенно очевидный факт?
Не понятно.


Большинство цитат приведённых выше из приложения к книге Юрия Юрьевича Завражного «Забыть адмирала»:
http://www.nnre.ru/istorija/zabyt_admirala/p9.php#metkadoc2

Ну и желательно, прежде чем выступать в телевизоре хотя бы прочитать сию книгу, она стоит того:
https://www.litmir.me/br/?b=109624&p=1

Думаю, просмотрев сей телевизионный опус, Юра сделал бы так:


Неплохо бы ознакомиться с печатными и электронными работами
Павла Львовича Калмыкова:
https://callmycow.livejournal.com/
Нагадь им в телевизор:


К чему это я? Да так, надоели «эксперты»...
Продолжение следует.
«Исторический эксперт» в нескольких предложениях столько всего выдумал, поэтому, будем разбираться.


Tags: История, Камчатка, Крымская война, Однако
Subscribe

  • Фильм о Камчатке 1928 г.

    И ещё ссылка на фильм "Девушка с Камчатки" 1937 год:…

  • За «СОЮЗ»!

    В продолжении вчерашнего поста - несколько фотографий паротурбохода «СОВЕТСКИЙ СОЮЗ» в порту Петропавловска-Камчатска.…

  • «Корабли оякорили бухты». Часть 31.

    Владивосток, август 1919 г. Исходники: Виктору (viter59) с А-базы, большое спасибо за склеивание панорамы и за придание ей…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 9 comments