lot1959 (lot1959) wrote,
lot1959
lot1959

Что у нас там с вахтами на парусных кораблях?

"Вы слышите — это не джаз,
Это горнисты трубят нам приказ,
Здесь вы на вахте, мистер Рэд,
Здесь телефонов личных нет.
Завтрак в постели, на кухне газ —
Эти блага теперь не для нас" (с)



Морской устав 1853 г.
Глава третья. О вахтенном начальнике

347. Состоящие на корабле флотские обер-офицеры разделяются, по числу их, на три, или на четыре вахты.
348. Старшие из офицеров назначаются очередными вахтенными начальниками, а остальные к ним в вахту; причем наблюдается, чтоб всегда младшие из вахтенных офицеров состояли под командою старшего из вахтенных начальников.
Примечание. Если на корабле состоит сверх командира не более двух флотских офицеров, дозволяется назначать третьим вахтенным начальником офицера Корпуса Флотских Штурманов.

Это устав, а вот в Royal Navy, в виде наказания, офицеров назначали на вахту через вахту,
т.е. 4 часа стоит, 4 отдыхает и по новой на вахту. И так несколько суток...

"Хорнблауэр появился на шканцах и подошел к Бушу.
– Не вы должны меня сменять, – сказал Буш.
– Нет, я. Приказ капитана.
Хорнблауэр говорил без всякого выражения. Буш уже привык, что офицеры на корабле держатся скрытно, и знал, по какой причине. Однако любопытство заставило еще спросить:
– Почему?
– Мне назначено двухвахтное дежурство, – бесстрастно сказал Хорнблауэр. – До дальнейших распоряжений.
Говоря это, он смотрел на горизонт; лицо его не выражало никаких чувств.
– Плохо дело, – сказал Буш и тут же засомневался: не слишком ли он далеко зашел, выразив таким образом сочувствие. Но поблизости никого не было.
– В кают‑компании не давать мне спиртного, – продолжал Хорнблауэр, – до дальнейших распоряжений. Ни моего, ни чьего‑либо еще.
Для некоторых офицеров это было наказание похлеще, чем двухвахтное дежурство – четыре часа на посту и четыре часа отдыха – но Буш слишком мало знал о привычках Хорнблауэра чтобы судить, так ли это в его случае."

Сесил Скотт Форестер. Лейтенант Хорнблауэр.

Это у просвещённых мореходов.
А как дела дела обстояли в Российском императорском флоте?

"Для несения вахты офицеры расписывались на 3 и не более чем на 5 вахт, а команда на 4 отделения. Обыкновенное распределение вахт в сутках: с 24:00 до 4:00, с 4:00 до 8:00, с 8:00 до полудня, с полудня до 18:00 и с 18:00 до полуночи; часы смен были наиболее удобны для жизни команды, и так как вахту несли посменно 4 отделения, то каждые сутки для одних и тех же людей часы вахт менялись. При 5 офицерах промежуток времени от полудня до полуночи разбивался на 3 вахты, поэтому ежедневно офицер стоял на вахте разные часы. Стоящий на вахте (правящий вахту) офицер назывался вахтенным начальником, он отвечал за порядок и безопасность корабля и не имел права сходить с верхней палубы, а во время хода корабля — с мостика. Вахтенный начальник должен был посылать вниз (в подпалубные помещения) подчинённого ему вахтенного офицера или же начальника вахтенного отделения. На корабле не могло происходить ничего существенного без разрешения или ведома вахтенного начальника, который подчинён только командиру и старшему офицеру; распоряжаясь лично, он докладывал о происходящем на корабле и вне корабля своим начальникам. В русском флоте вахтенными начальниками назначались лейтенанты, а вахтенными офицерами обычно мичманы. Быть отставленным от вахты для офицера являлось тяжёлым наказанием."
У нас быть отставленным от вахты считалось наказанием, соответственно несение вахты — «почётной обязанностью».

В 1861 году в Глазго для русского флота была спущена на воду канонерская лодка «Морж»,
её предстояло перегнать на Дальний Восток нашим морякам:
командир (капитан-лейтенант), два лейтенанта (один из них старший офицер),
штурман, механик, два гардемарина и семьдесят матросов.




Слово представляется адмиралу Дмитрию Сергеевичу Арсеньеву, а в 1861 г.
лейтенанту, старшему офицеру канонерской лодки «Морж»:



«Прогуливаясь по Фальмутскимъ улицамъ, среди ничтожныхъ его и бѣдныхъ лавокъ, удовлетворяющихъ скромнымъ потребностямъ рыболововъ и матросовъ, я наткнулся на сапожную Лавку, хозяинъ которой, сидя предъ своими дверьми, точалъ грубые матроскіе сапоги, и я спросилъ его, могутъ ли быть сдѣланы сапоги дѣйствительно непромокаемые. Спросилъ я это потому, что имѣвшіеся у насъ сапоги, заказанные за дорогую цѣну въ Лондонѣ, какъ непромокаемые, оказались, во время только что выдержаннаго нами шторма, совершенно промокаемыми. Обстоятельство это было очень непріятно: ибо мы убѣдились, что палуба нашей лодки, отстоявшая такъ невысоко отъ воды, во время волненія постоянно покрывалась волнами, и такъ какъ мы съ лейтенантомъ Фесуномъ должны были стоять черезъ вахту, т. е. днемъ черезъ 6-ть часовъ, а ночью черезъ 4-ре, то, промочивъ всю свою обувь, никогда бы не имѣли время хорошенько высушить въ промежутокъ одной вахты. Поэтому я быль пріятно удивленъ, когда сапожникіэ мнѣ отвѣтилъ, что конечно можно имѣть дѣйствительно непромокаемые сапоги и что онъ такіе и дѣлаетъ; хотя я ему и не вполнѣ повѣрилъ, но всетаки заказалъ ему пару сапогъ. Къ счастію, они оказались дѣйствительно совершенно непромокаемыми если только ихъ смазывали саломъ, какъ мнѣ рекомендовалъ это дѣлать сапожникь, и я во все время нашего полуторогодоваго плаванія, какъ бы мы нибыли обливаемы волнами и дождями, никогда не промачивалъ себѣ ногъ и вѣроятно этому я и обязанъ, что здоровье мое сохранилось, и я выдержалъ тяжелую службу стоянія черезъ вахту. Конечно командиръ могъ бы облегчить намъ нашу службу и хотя бы одну вахту въ сутки взять на себя, но онъ этого не сдѣлалъ. Штурманскій нашъ офицеръ, хотя и зналъ свое прямое дѣло, но быль совершенно не свѣдущъ въ морской практикѣ, а наши два гардемарина Крыжановскій и Ирецкій были 16-ти лѣтнія совершенно несвѣдущія въ морскомъ дѣлѣ дѣти, и имъ поручить вахту на такомъ маленькомъ суднѣ и въ бурноевремя года было невозможно; только въ слѣдующемъ 1862 году они навыкли къ дѣлу и могли иногда и, подъ отвѣтственностью и наблюденіемъ Фесуна или моимъ, стоять вахту, и это намъ было большимъ облегченіемъ. Но въ настоящее время это было своершенно невозможно, и тягость нашего плаванія лежала исключительно на Фесунѣ и мнѣ. Отстоявъ на вахтѣ съ 12 и до 6 часовъ, я шелъ внизъ напиться чаю и ложился спать; въ 12 часовъ ночи я уже выходилъ опять на
верхъ; смѣниться съ нея въ 4, пойдешь спать, а въ 8 опять уже должно быть на верху; тамъ опять маленькій отдыхъ и сонъ до 12 часовъ дня и потомъ опять на вахтѣ; такъ продолжалось во все время
перехода, изъ которыхъ самые длинные были въ 46 и 52 дня. Почти все свободное время между вахтами было поглощено необходимымъ числомъ часовъ для сна и пріема пищи, такъ что для чтенія или какихъ нибудь другихъ занятій оставалось не болѣе часа времени, да и то урывками. Это было почти невыносимо тяжело. Бывало, только что немного отогрѣешься и, казалось, начнешь сладко засыпать, мой Михайло приходитъ уже будить словами: „вставайте, баринъ, на вахту пора“. Иногда, почти со слезами станешь одѣваться; Михайло смотрѣлъ на меня съ грустным сочувствіемъ и со вздохомъ иногда говорилъ: „Богъ
Милостивъ, все пройдетъ“. Присутствіе человѣка, напоминавшаго мнѣ все дорогое прошедшее и любящаго всѣхгь членовъ нашего семейства, было мнѣ большимъ утѣшеніемъ. Это плаваніе было для меня отличной жизненной школой, и послѣ нею никакая служба мнѣ никогда не казалась трудна, и ничто никогда не казалось мнѣ скучнымъ. Мнѣ кажется, что ни Фесунъ, у котораго здоровье было, что называется, скрипящее, ни я, мы бы не выдержали этого образа жизни, если бы не отдохновеніе и облегченіе, достовляемыя намъ во время стоянки въ портахъ. Здѣсь командиръ предложилъ намъ стоять вахты посуточно, поочередно съ Фесуномъ, и оба гардемарина вступали на вахту, такъ что черезъ сутки каждый изъ насъ былъ совершенно свободенъ. Это были уже не вахты, но дежурство, что, благодаря маленькимъ размѣрамъ лодки, было совершенно возможно безъ ущерба службѣ; ибо когда мы находились внизу, было слышно все, что происходило на верху.»

Командир умыл руки, штурман шлангом прикинулся и два офицера на два перегона - 46 и 52 дня, днём вахты 6 через 6, ночью 4 через 4 часа, не считая авралов, и «отдохновение и облегчение» в портах в виде через день на ремень. И так полтора года.
Снимаю шляпу...
Tags: В дальнем плавании, История, Парусные корабли
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 68 comments